В поисках Тюмени

Я попала в Тюмень почти случайно – мечтала о билетах на какое-нибудь теплое море, параллельно переписываясь со своими тюменскими подружками. И как-то так слово за слово, ссылка за ссылкой… и я уже оформляю покупку на сайте «Аэрофлота».

Как хотите, а я называю такое – судьба.

Я приехала #впоискахТюмени и сразу принялась задавать всем окружающим вопросы – что такое Тюмень, какая она? Мне рассказывали много историй: про нефтянку и про то, как молодежь идёт учиться в Тюменский Нефтегазовый, про зарплаты и цены, про желание сделать «всё как у людей», про поиск себя, про нежные закаты над Турой, про муксун и морошку.

Но как-то всё не ложилось, не складывалось в ясную картинку. И я принялась пробовать Тюмень на зуб, на запах, на ощупь.

Вот самый первый день, только прилетели. Я иду по одной из главных улиц города и вдруг слышу звонкий крик «Вика!» через четыре полосы. Это Катя @murmurno, девочка, с которой я знакома только заочно, через инстаграм, сестра нашей Оли (имён будет много, постарайтесь сориентироваться). Катя высматривала меня в толпе и определила по новым кричаще-оранжевым кроссовкам – Оля предупредила, что я ярко одеваюсь.

Я перехожу улицу и окунаюсь в уютное многословие – девчонки, Оля и Катя, тараторят без остановки, смеются, что-то спрашивают, тут же их дочки – четырёхмесячная Лепестинья сладко гулит, полуторогодовалая Каролина зубасто улыбается. Подобная магия имен будет встречаться в Тю на каждом шагу.

Вот, пожалуйста, Тю – так ласково местные называют свой город.

Тю. Лёгкий выдох, утренний ветерок в Тайге, поступь сибирской кошки.

Знаете это чувство, когда приезжаешь в родные места и окунаешься в абсолютно детскую смесь вседозволенности, свободы и скорого счастья? Вот что-то такое я почувствовала в Тюмени, слушая быстрый и мягкий характерный сибирский (Тюменский?) говор.

И дальше началась Тю: ядерная смесь из старинных усадеб, советских зданий и бетонно-стеклянных офисов Лукойла и Роснефти; обилие стильных, уместных где-нибудь в Европе кафешек, открытых местными мечтателями (про это будет отдельный текст); встречи с молодыми мамочками – в Тюмени очень красивые, смешливые, открытые девчонки и у всех дочки, дочки, дочки, так что я знаю куда Лёлик поедет выбирать себе невесту. Кружащий голову простор над рекой Турой – один берег высокий, как финальная нота, другой пологий, ждущий весеннего разлива, засаженный садами. И над всем этим плывут пышные, словно вилкой взбитые, кучевые облачные белки.

Под определенным углом Тюмень кажется младшей сестрой Москвы. Такой, знаете, старательно взрослящейся, стремящейся быть «как большая», но в этом стремлении теряющей свою непосредственность – хипстерские словечки, модные местечки, спиннеры, набившие оскомину тренды в еде, одежде, мыслях. Впрочем, мне думается, что это всё в рамках пути самопознания. Все мы, перед тем, как стать кем-то, кому-то подражаем.

А может, мне показалось? А может, гостям специально такое показывают? Сплошные вопросы. Вот такая Тюмень.

Вот такие мы. Гордо выставив перед собой коляски, катим по центральным улочкам, рассматриваем резные наличники и крашенные в разные цвета деревянные стены, пытаемся отыскать что-то интересненькое. Википедия советует посетить странные скульптуры и горячие источники, но я нутром чую, что здесь кроются и другие, более важные достопримечательности.

Вот к одному из заборов прислонена лестница и седовласый поджарый старик скребет по дереву рубанком. Деревянная стружка отходит мягко, как сливочное масло и пахнет лесом.

Заметив наши заинтересованные взгляды, старик приглашает: вы у нас уже были? Заходите! И мы вдруг попадаем в деревянную утробу одной из усадеб.

Так странно, фасады казались мне чем-то вроде Потемкинских деревень, но нет, внутри всё честно, никакой бутафории – скрипучая лестница, аккуратная кухонька за шторкой и главное, столярная мастерская. А на стенах – наличники, деревянные фигурки, фрагменты ставень. Тут изучают деревянную Тюмень – реставрируют памятники зодчества, умеют по наличнику или капители рассказать о том, кто в доме жил. А ещё здесь создают удивительные традиционные деревянные игрушки – чудо-юдо-рыба-кит меня покорила!

Всё это нам поведал  молодой мужчина с горящими глазами влюбленного в работу мастера. Зовут его Святослав (подходящее имя, да?).

Тут даже игрушки магические – кедр дезинфицирует сам себя, выделяя смолу. Поэтому наши прапра- давали таких деревянных олешков и лошадок малым деткам – грызть, когда режутся зубы.

А это что? спрашиваю я. В руке у меня, вся в опилочной пыли, резная снежинка.

Полярная звезда, объясняет Святослав. Когда поморы шли сюда с Белого моря, по Полярной звезде они находили свой дом. А после, когда осели, повадились помещать звезду на самое видное место в окне или воротах. Чтобы все дороги приводили к дому.

Кстати, седобородый старик на заборе – почетный житель города, хранитель деревянной Тюмени, реставратор Вадим Шитов. Святослав – его сын. Ну ладно, оставим их, всего в этот текст не вместить. Хотя и хочется!

Вот мы, обвешанные детьми, ползём в поднебесье – ещё сто или тысяча ступенек и там, под высоченным потолком, откроется дверь и мы ослепнем. Там воздух и свет и журналы Kinfolk и не нарисованные ещё натюрморты и капли краски и пахнет растворителем – это мастерская «Налегке». Катя и Катя (опять магия имен) и ещё тюменские девочки открыли эту мастерскую сами – для себя и для своих. Они не бросаются модными московскими словечками типа лофт, арт-пространство или кластер, они просто взмывают под крышу как какие-нибудь ласточки и там творят. Налегке, сердечно, искренне.

Они пригласили меня на ужин (найдите в инстаграме #катязоветнаужин, некогда объяснять) и я сидела с ними в парке, на цветном покрывале, мы ели фрукты и пили вино из настоящих (никаких не пластиковых!) стаканов и ели нектарины с живой керамики (сделанной руками сидящей вместе с нами Марины Намори. Но ладно, об этом тоже потом).

Я сидела и думала: вот люди, которые хотят понять эстетику жизни. Которым не лень сделать красиво без всяких глупых вопросов типа «Зачем?». Не зачем. Красиво, чтобы было красиво. Чтобы где-то в мире над цветным пледом зажглась полярная звезда бессмысленной красоты и кто-то вдруг почувствовал себя как дома.

Как-то так.

А вот, посмотрите, опять я. Слоняюсь по пустым, роскошным комнатам усадеб – Дом Колокольникова, Дом Машарова. Бережно подобранная экспозиция – старая пишущая машинка, множество черно-белых, серых, охряных фотографий с строгими (даже у детей) лицами, старые детские перчатки из замши, мельхиоровая посуда, чей-то билетик в театр… Безжалостные памятники былой жизни, законсервированный уют. Натюр морт.

Жизнь Машарова оборвала большевистская пуля. Обвинение было расплывчатым – на справке под стекло значится «финансировал белогвардейцев». Тут же другая справка, мол, реабилитирован, подозрение оказалось ложным. Между обеими справками около семидесяти лет и одна ни за что, ни про что оборванная жизнь. Что там сталось с Колокольниковым, не помню. Но вряд ли нечто более завидное…

А вот, посмотрите, какие здесь люди – север манит особенных людей, я всегда это знала. А может он их формирует, закаляет? Так или иначе, здесь улыбаются, зовут в гости, предлагают помочь с коляской. Здесь дарят конфеты, едва о них заикнешься и пекут отменный пирог с муксуном, стоит только обронить, что никогда такой не пробовала.

Я приезжала почти в пустоту и уезжала с чувством, что жила здесь с детства.

Тут… знаете это чувство, когда знакомишься с подружкиной мамой и совсем нет неловкости? Есть только уют, улыбка и мысль «Господи, благослови всех мам».

Ну хорошо. Нашла ли я Тюмень? Сложно ответить что-нибудь вразумительное, я и так уже излила поток сознания на четыре вордовские страницы. Но кое-что ещё добавлю.

Такие поездки основательно западают в душу и наполняют её важными и пустяковыми (но при пристальном рассмотрении всё равно важными) знаниями. Например, такими:

Всё и правда не то, чем кажется. Особенно издали.

Иногда вместо билетов на юг стоит покупать билеты на север. Особенно, если хочешь загореть.

Приятно приезжать туда, где ждут.

Любопытство помогает узнавать новое.

Творчество — это то, о чём поёт твоя душа.

Хорошо быть налегке.

Подружиться можно с первого взгляда. Вообще не надо бояться знакомиться, дружить.

Здорово возвращаться домой.

Муксун — это такая рыба.

Дети — клёвые. Дети учат нас быть смелее и лучше. И ещё восполняют женскую энергию (или как там, Кать?).

Заблудился? Найди глазами Полярную звезду и плыви к дому.

И вот самое главное:

Иногда увлеченно искать гораздо важнее, чем что-то там находить.

И вот этим я закончу*

*шутка. Вот ещё есть большой текст про то, чем заняться в Тюмени. Читайте, облизывайтесь и айда в Тю!

4 комментария

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Back to Top
Яндекс.Метрика